Официальный сайт Новосибирской Митрополии Русской Православной Церкви
По благословению Митрополита Новосибирского и Бердского НИКОДИМА

Заново перечитывая «Домострой»

Заново перечитывая «Домострой»

Слово «домострой» давно уже стало синонимом средневекового мракобесия, особенно по части семейных отношений. Если вы желаете по-настоящему узнать семейные и бытовые традиции наших предков, не опираясь на чьи-то пропагандистские клише, а исследуя первоисточники, мы предлагаем посмотреть интересную статью об этой забытой книге М.И. Стрельцовой, профессора НГПУ.

Исторические тексты являются подлинными хранителями культуры народа. Особое место среди культурно-исторических памятников занимает литература назидательного характера, которая хранит для современного читателя память о духовных скрепах, которыми искони держалась Русь, — это тот фундамент, на котором теперь держимся и мы. Выдающимся культурно-историческим памятником средневековой Руси XV–XVI вв. является «Домострой». Откроем эту книгу и перечитаем ее заново, дабы снова почувствовать под ногами твердую почву в нашем таком неустойчивом мире.

Первая редакция «Домостроя» была составлена в Новгороде в конце XV – начале XVI в. Окончательно текст памятника оформился к середине XVI в. Большое влияние на этот процесс оказал перевод на старославянский язык в 1479 г. текста «Василия царя греческого главизны наказательны к сыну его царю Льву», а также переводы западноевропейских «домостроев», восходящих к древнейшим текстам такого типа. Очередной этап в развитии жанра «домостроя» во второй половине XVII в. знаменовали стихотворные переложения памятника. И даже в середине XIX в. В.И. Даль сообщал в своем словаре о бытовании фольклорного жанра «наказа, наставления»: рукописи под названием домостроя ходят в народе.

Все эти факты свидетельствуют о популярности в народе литературы назидательного характера с наставлениями нравственного, религиозного и хозяйственного содержания. Такие наставления в течение длительного времени оставались в русской культуре правилами бытия: «как жить по совести и умереть достойно».

Из 63-х глав «Домостроя» около 30 посвящены непосредственно установлениям духовно-нравственного содержания. Регламентация быта в «Домострое» опирается на авторитет христианской морали в отточенных определениях отцов церкви «како жити христианом», известных

первоначально из переводных слов и поучений Св. Иоанна Златоуста, а затем и оригинальных русских поучений, собранных позже в замечательные сборники нравственного содержания, прежде всего «Измарагд», «Златоструй» и «Пчела». Многие разделы «Измарагда» вошли впоследствии в текст «Домостроя». Последний испытал также влияние многих средневековых «обиходников», которые определяли «чин» и порядок монастырского служения, ведь порядок в доме во многом сближался с монастырской службой, понимаемой автором «Домостроя» как идеал для «домовладыки».

Все повествование в «Домострое» подчинено, таким образом, назидательным целям. Каждое положение в нем подтверждается ссылками на Священное Писание, на поучения святых отцов Церкви. Под оценивающим углом зрения истин Писания в «Домострое» рассматриваются все проявления жизни человека в обществе.

Семья как малая Церковь

Традиции византийского аскетизма, «духовного делания» в русском обществе ХV в. подвигали человека к нравственному совершенствованию, направляя его к душевной чистоте, к стяжанию духовных ценностей. Для русского человека того времени посещение церковного богослужения являлось настоящим праздником. Но это был праздник духовный — торжественный и возвышенный. В храме человек отрешался от мирской суеты. Само богослужение и храмовая среда были ориентированы на то, чтобы дать человеку нравственное и духовное совершенствование. Однако соборное моление, по мнению автора «Домостроя», не отменяло индивидуальной молитвы и необходимости человеку готовиться к храмовой молитве. Так, в 12-м установлении «Домостроя», которое называется «Како мужу з женою и з домочядци в дому своем молитися Богу», читаем: «…Повся дни… отпети вечерня, павечерница и полунощница с молчянием и вниманием, и с кротъкостоянием, и с молитвою… и со вниманием слушати, и святым кажением» (Домострой, 12, 40). Все, знаменующее собой сферу духа, указывающее и направляющее к ней человека, имело в глазах автора «Домостроя» абсолютную ценность и твердую опору в жизни.

Очевидно, что «Домострой» — это не просто советы по домоводству, не простая «экономия». Книга проникнута нравственными характеристиками отношений между людьми, которые составляют население Дома — одновременно и государства, и города, и семьи. Бытовые подробности жизни погружены в освященные традицией установления Православной Церкви. В своем личном «государстве» домохозяин, как носитель «духовного чина», обязан устроить его обитателей нравственно и обеспечить экономически: «Аще муж сам не учит на добро, ино суд от Бога примет, аще сам творит добро и жену и домочятцев учит — милость от Бога примет», — такова ответственность за дом, вверенный человеку Богом. Автор «Домостроя», обращаясь к читателям, напоминает им об ответственности перед Богом не только за свою жизнь, но и за жизнь своих близких: «…тако ж и ты, не о себе едином пещися, но и о жене, и о детех своих, и о прочих и о последних домочятцех, вси бо есми связани единою верою к Богу» (Домострой, 31, 26). «Домострой» учит тому, как согласно с законами духовной жизни строить свою мирскую жизнь: «чистота хранити, и всякого зла не творити». Уже в самих названиях поучений отражены те добродетели, к которым направляет автор читателя: «О праведном житии», «Како посещати в монастырех, и в больницах, и в темницах и всякого скорбна», «Како чтити детем отцов своих духовных…».

Глава семьи — «государь» дома. Он отвечает перед Богом и за «духовное строение», и за «домовнее строение». Отсюда та строгость по отношению к жене, детям и слугам, которая так не нравится некоторым современным читателям «Домостроя». Однако эта строгость нужна отцу семейства для того, чтобы «спасать страхом» своих домочадцев, да и самому ему нужно прежде всего бояться Божьего суда, ибо только «таковый человек Богу угоден и людем честен». В такой перспективе любая бытовая подробность приобретает особое значение, поэтому все повседневные обязанности жены и домочадцев в «Домострое» строго регламентированы. Основным же мерилом принимаемых решений и действий хозяина является «съвесть».

Оправдание памятника

В демократической публицистике XIX в. образ «домостроя» стал использоваться с негативным оттенком, как что-то устаревшее, косное. При этом пишущая братия, вовлеченная в общественно-политическую борьбу с царизмом, меньше всего заботилась о том, соответствует ли создаваемый ими образ самому тексту памятника, тем более, что его содержание уже изрядно забылось к концу XIX в. Постепенно в общественном сознании сформировалось собирательное понятие «домостроевщина», которое активно эксплуатировалось в советской общественно-политической литературе и которое, к сожалению, широко используется сейчас — в современной либеральной публицистике, где оно обрастает новыми контекстами. В полном отрыве от текста исторического памятника начала существовать его «тень». Что говорить о публицистике, если даже в толковых словарях русского языка даются такие значения слова «домострой»: косный, отсталый, суровый, устарелый, консервативный, патриархальный. Увы, такова современная оценка нравственных идеалов нашего народа!

А ведь «Домострой» отражает высокую культуру народа не только в отношении «домостроительства», но и, что особенно важно, в отношении воспитания детей — ту культуру, которая опирается на опыт святоотеческой традиции. Образ «плётки в руках отца», созданный русской демократической мыслью, не согласуется ни с текстом «Домостроя», ни с данными по истории и этнографии русской семьи, которые свидетельствуют о том, что главным в воспитании было духовно-нравственное образование личности ребенка.

Ответственность перед Богом за своих детей, за их нравственный облик лежало, по мнению автора «Домостроя», на родителях: «и имети попечение отцу и матери о чядех своих; снабдети и воспитати в добре наказании: и учити их страху Божию, и вежеству, и всякому благочинию». В своей основе «наказания» о том, как воспитывать детей и заботиться о родителях в старости, звучат актуально и в наши дни.

«Домострой» с полным правом можно назвать экономикой нравственности. На многие годы нравственные поучения «Домостроя» стали скрепами семьи, фундаментом дома для русского человека. Замечательный памятник русской литературы XV–XVI вв., «Домострой» является прежде всего свидетельством того, что глубинные духовно-нравственные ценности нашей культуры не меняются со временем, потому что в их основе лежит евангельская проповедь. В XXI в. «Домострой» необходимо прочитать заново и увидеть в нем не «косный быт», а Домострой без «домостроевщины».

М.И. Стрельцова, профессор НГПУ 


Поделиться публикацией:
Система Orphus